Записки на полях соленых книг - Карен Уайт

– Я не спешила говорить тебе об этом, но поскольку Кэт скоро будет рожать, то думаю, можно сказать и сейчас, – она достала письмо от тети Эдит и аккуратно развернула его. – Ты знаешь, что я переписываюсь с тетей Эдит, которая живет в Галвестоне. Она нашла для нас домик, который сдается в аренду. Если мне удастся продать «Находки Фолли», у нас будет достаточно денег, чтобы продержаться какое-то время – по крайней мере, до тех пор, пока я не найду работу. Тетя говорит, что у них очень хорошая школа, поэтому умной девочке вроде тебя будет нетрудно устроиться туда.

Лулу смотрела на сестру широко распахнутыми глазами, как если бы та говорила на иностранном языке.

– Что ты имеешь в виду? Ты хочешь, чтобы мы уехали…? И больше не вернулись?

Мэгги опустила руки.

– Ох, Лулу, я знаю, как это тяжело для тебя. Мне тоже нелегко. Это наш дом. Но теперь… я не могу жить здесь вместе с Питером и Кэт. Все… очень сложно. Когда ты повзрослеешь, то поймешь.

Лулу с трудом сглотнула. Ее глаза наполнились слезами, и Мэгги пожалела, что не дождалась лучшего момента для этого разговора. Она посмотрела на яйца, уже начинавшие остывать.

– Я не хочу уезжать, Мэг. Я не знаю никаких других мест. Фолли-Бич – единственное место, где мне хочется жить.

Мэгги почувствовала, как к ее глазам подступили слезы, но сморгнула их, стараясь быть сильной.

– Я знаю, Лулу. Но у меня нет выбора.

Она наклонилась и взяла поднос с завтраком.

– Это потому, что Питер женился на Кэт, да? Лучше бы мы никогда не встречались с ним. Он все испортил.

Мэгги крепче ухватилась за поднос.

– Не надо так думать, Лулу. Тем более говорить об этом вслух, потому что кто-нибудь может услышать тебя.

– Но это правда, разве не так?

Мэгги закрыла глаза.

– Ты еще слишком мала, чтобы понять.

– Нет, я уже не маленькая. Ты только что назвала меня умной, помнишь? Я знаю гораздо больше, чем ты думаешь.

Мэгги раздраженно опустила поднос и повернулась к Лулу.

– Только потому, что ты целыми днями читаешь книжки о сыщиках, это не делает тебя более осведомленной во взрослых делах. Понимаешь? Теперь убери эту куртку с глаз моих! Через полчаса я должна быть в магазине, и мне еще нужно покормить Кэт.

Нижняя губа Лулу дрожала, когда она повернулась, чтобы уйти, волоча куртку за собой по полу. Возле двери она вдруг развернулась и побежала обратно к Мэгги.

– Я знаю, почему Джим перестал просить тебя покупать мороженое и начал встречаться с Кэт.

Мэгги направилась к лестнице. У Лулу было богатое воображение, и она могла лишь догадываться, какую истории ее сестра сочинила на этот раз. Она поставила ногу на первую ступеньку.

– Почему, Лулу?

– Потому что Кэт сказала ему, что ты больше не хочешь встречаться с ним. Что ты гуляла с ним только из жалости, а на самом деле считала его тупой деревенщиной. И что ты влюблена в Фрэнка Ферридэя из церкви и собираешься выйти за него, как только он вернется с войны. Потом она поцеловала его в губы с языком.

Мэгги пошатнулась, и книга упала с подноса, а за ним и стакан сока. Сок пролился на ступени и забрызгал белую стену. Прислонившись к стене, Мэгги посмотрела на Лулу.

– Ты говоришь ужасные вещи. Почему?

Но глаза и рот Лулу были широко открыты от потрясения, как тогда, когда она сообщила сестре о гибели Джима. Так выглядит человек, который видел ужасные вещи, скрывающиеся в ночном мраке. На самом деле Мэгги не нужен был ответ. Потому что это правда.

Лулу выронила куртку и выбежала на улицу, громко хлопнув дверью. Мэгги сползла вниз по стене и опустилась на ступеньку, по-прежнему держа в руках поднос с испорченным завтраком.

– Ты идешь, Мэгги? Я проголодалась.

Мэгги посмотрела наверх, но ей не хватало сил ответить. Парадная дверь открылась, и она повернула голову. Может быть, Лулу вернулась, чтобы признаться во лжи и объяснить, что хотела побольнее уколоть сестру, чтобы та перестала думать об отъезде с острова. Но она увидела Питера, вошедшего в дом так стремительно, как будто его кто-то позвал. Его лицо прояснилось, когда он заметил Мэгги.

Переступив через куртку, он бросился к лестнице и опустился перед ней на колени.

– Маргарет, что с тобой? Ты упала? – Он взял поднос из ее застывших рук. – Я видел, как выбежала Лулу, но она не остановилась, когда я окликнул ее.

Мэгги покачала головой, раздумывая о том, не сон ли все это.

– Нет. Я… мне нужно посидеть, вот и все.

– Что случилось? – Он смотрел на нее так, как раньше, и Мэгги начала оттаивать.

Мэгги смотрела на любимое лицо: она помнила каждую морщинку и впадинку, каждый волос, гладко зачесанный со лба.

– Ты сказал… раньше ты говорил, что тебе нужно поговорить со мной. Теперь я готова выслушать тебя.

Питер посмотрел вверх, потом снова на нее и покачал головой.

– Я напишу тебе другую записку, – прошептал он.

– Другую? – прошептала она в ответ и нахмурилась. Питер тоже нахмурился и покачал головой, как будто что-то понял.

– Питер, это ты?

Оба повернулись на звук голоса. Питер снова покачал головой и встал с подносом в руках.

– Да, Кэт. Я вернулся.

– Пожалуйста, скажи Мэгги, чтобы она поторопилась с завтраком. Я проголодалась.

Книга, упавшая с подноса, раскрылась на задней обложке, где Лулу изобразила бутылочное дерево.

– Там, – тихо сказал он.

Их глаза встретились, и на мгновение показалось, что всех этих месяцев не было, Кэт не была беременна, а Питер снова принадлежал Мэгги.

– Я принесу завтрак! – крикнул Питер и начал подниматься по лестнице с подносом, лишь один раз оглянувшись, когда входил в спальню.

Из-за шторы затемнения на кухне Лулу наблюдала, как Питер вышел из задней двери, быстро пересек двор и направился к бутылочному дереву. Она не ходила туда с того утра, когда Питер передал ей письмо и попросил положить его в бутылку, поэтому вид дерева вызывал у нее гнетущее чувство вины. Мэгги сказала бы, что ее поступок был греховным, и дерево напоминало ей об этом.

Две бутылки отсутствовали, и дерево склонилось набок, как будто устало от бремени вины. Теперь Питер направлялся прямо к нему, а она сидела и смотрела, радуясь полнолунию. Он уже довольно давно спал на кушетке внизу из-за плохого состояния Кэт, и Лулу практически не слышала его, не считая тех случаев, когда он ходил в ванную или ворочался на пружинном матрасе.

Она наблюдала, как он что-то достает из кармана брюк и засовывает в горлышко янтарной бутылки из-под корневого пива[36] на нижней ветке. Когда он повернулся, Лулу отпрянула, ясно увидев его лицо в лунном свете. Питер улыбался, и его глаза блестели, как морские стеклышки на солнце, что немного испугало ее. Хотя Лулу знала, что он не может ее увидеть, она могла бы поклясться, что он посмотрел прямо на нее, и от этой мысли у нее по спине пробежали мурашки.

Снова выглянув наружу, она увидела, что Питер не пошел к дому, а завернул за угол. Лулу побежала к окну в гостиной, осторожно отодвинула штору и выглянула наружу. Питер направлялся на улицу. Хотя это было запрещено в ночное время, Питер достал из кармана пачку сигарет. Секунду спустя вспыхнула спичка, и Лулу пригнулась, ожидая удара немецкой торпеды, которая найдет единственный источник света на Фолли-Бич.

Когда ничего не случилось, Лулу снова выглянула из-за шторы. Питер шел по улице, держась в тени заборов и деревьев. Он явно направлялся к пляжу. Она следила за оранжевым огоньком сигареты, пока тот не скрылся из виду. Тогда она вспомнила о платке, который Мэгги нашла в куртке Кэт. Она развернула его и обнаружила вышитые инициалы, не имевшие для нее никакого смысла, поскольку они не принадлежали Питеру. Лулу понадобилось некоторое время, чтобы разобраться, в чем дело, но она все еще нуждалась в доказательствах. Платок нужно будет спрятать в шкатулке вместе с другими сокровищами, и она не собиралась кому-то показывать его… пока что.

Как только Питер скрылся из виду, Лулу выбежала через заднюю дверь и тихо закрыла ее за собой. Записка слабо светилась в лунном свете и была легко различима. Лулу достала ее из бутылки и отнесла на кухню, а потом нашла в ящике фонарик и включила его. Она медленно развернула записку одной рукой и начала читать:

«На нашем месте для пикника в два часа ночи. Конный патруль проезжает в час ночи и в три часа, поэтому будь осторожна».

Лулу выключила фонарик и убрала его в ящик, потом дождалась, пока часы не пробьют один раз. Ей хотелось, чтобы ее подруга Эми была рядом и напомнила, что она спрятала первую записку лишь потому, что не хотела расставаться с Мэгги. Даже теперь Лулу казалось, что как бы она ни поступила, Мэгги все равно бросит ее и уедет с Питером. Однажды Джим сказал ей, что ни один дурной поступок не остается безнаказанным. Теперь она понимала, что он был прав. Ей лишь хотелось, чтобы наказание было не слишком болезненным.